Русская версияEnglish version

  • Show4
  • mountains.jpg

К Дню полного освобождения Ленинграда от блокады

В 1940 г. народным комиссаром ВМФ Н.Г. Кузнецовым было принято решение о перемещении библиотеки вместе с Военно-морским музеем в здание бывшей Фондовой биржи. Летом 1940 г. библиотеку возглавил новый начальник - старший политрук, капитан (впоследствии майор) Александр Романович Маймистов (1906-1963), который и осуществил перевозку библиотеки с 1 по 15 ноября 1940 г. на новое место.

В первые же дни Великой Отечественной войны А.Р. Маймистов пригласил директора Лаборатории консервации и реставрации документов АН СССР Н.П. Тихонова для осмотра подвалов Фондовой биржи и определения их пригодности для размещения там фондов библиотеки. В подвалах построили 6-полочные стеллажи, настелили деревянную палубу, принесли шкафы. В августе 1941 г. половина книжных фондов (более 120 000 томов) была упакована в газеты, перевязана в пачки и частично уложена в ящики в подвале Фондовой биржи.

Из коллектива библиотеки, насчитывавшего к началу войны 17 человек, в Ульяновск было эвакуировано 5 сотрудников во главе с начальником библиотеки А.Р. Маймистовым. С началом блокады в сентябре 1941 г. все остававшиеся в Ленинграде сотрудники были уволены. В отчете 1945 г. говорится: "В связи с эвакуацией библиотеки и увольнением сотрудников, начатые в 1940 г. работы по каталогизации фондов с сентября 1941 г. были полностью прекращены <...>. Произведенный в начале войны роспуск всего личного состава библиотеки губительно отозвался на библиографической работе в целом". Но увольнение губительно отозвалось не только на библиографической работе: "Бoльшая часть остававшихся в Ленинграде работников библиотеки погибла", оказавшись в первую, самую страшную зиму блокады безработными.

С.М. Казаис, старший библиотекарь библиографического отдела, пережившая эту зиму, писала весной 1942 г.: "Страшно поразила меня смерть Густомесова, хотя я и была подготовлена к ней его видом еще в ноябре. Умерли Позднякова и Розанова. Серафима жива, а об остальных ничего не знаю <...>. Я еще живу и более или менее здорова. Была очень больна, сильно похудела. Теперь было бы легко ходить, если бы не цинга<...>. Всю зиму ведь мы сидели как кроты по домам и считали граммы".

Однако уволенные библиотекари не теряли надежды на продолжение работы - Н.М. Гурвич, заведующий библиографическим отделом, взял домой для работы картотеки, А.А. Густомесов (зав. отделом комплектования) до своей смерти в ноябре 1941 г. продолжал комплектовать библиотеку и работать дома над таблицами классификации.

Зимой 1941-1942 гг. в библиотеке не было сотрудников. В здании Фондовой биржи оставался уполномоченный Центрального военно-морского музея в Ленинграде майор В.Д. Фадеев, а в марте 1942 г. приехал начальник охраны музея, техник-интендант I ранга А.Г. Сегал. В ноябре 1941 и в марте 1942 г. в здании были две попытки кражи - воры, проникшие через пролом в стене, разбили несколько ящиков с книгами и разбросали бумаги и документы. После этого начальство решило вернуть одного из бывших сотрудников на работу для охраны законсервированного фонда.

Софья Михайловна (Эсфирь Менделевна) Казаис была вновь принята в ЦВМБ 11 мая 1942 г. на должность библиотекаря-библиографа с окладом 600 р. в месяц. Потом ее назначили заведующей охраной ЦВМБ и к концу войны - помощником начальника библиотеки.

С этого времени Казаис стала получать от Маймистова письма с подробными заданиями: она должна была охранять книги, следить за их состоянием и ежемесячно проветривать подвалы, перебирать связки книг, если в середине их обнаружиться сырость, плесень или грибок.

14 мая 1942 г. С.М. Казаис написала первое письмо своему начальнику А.Р. Маймистову в Ульяновск: "В здании пусто, неуютно, холодно, а главное - нет коллектива. К тому же нет денег. Сейчас я помещаюсь в одной из боковых зал музея. Поставила стол и шкаф. То и другое не запирается. Собираю библиотечные книги, раскиданные по музею. Часть дня провожу в подвале с керосиновой лампой в двух пальто и ботах (здесь также холодно) и привожу там все в относительный порядок".

В блокадном Ленинграде Казаис продолжала вести комплектование и библиографическую работу - расписывала "Ленинградскую правду" и "Красный Балтийский флот" (с мая 1941 г.) и еще некоторые газеты и журналы. "Газет и журналов получается очень мало, да их и вообще в Ленинграде мало. Газета "На страже Родины" приходит редко и ее нельзя выписать. Денег на комплектование я еще не получила, но уже обещают. Пока кой-что на свои покупаю, - сообщала С.М. Казаис Маймистову 15 июня 1942 г. - Литературы в магазинах мало, но все же следить надо <...>. Я связалась с Военмориздатом, несколько раз ходила туда и вырвала все, что нашлось у них из вышедшего за это время (не все). Всего 105 названий". Литература, выходившая в то время в Ленинграде, была специфической: преимущественно уставы, наставления, плакаты и брошюры.

Первые недели С.М. Казаис занималась только сбором и сортировкой рассыпанных бумаг в подвале и уборкой кабинетов наверху. Основной массив фондов сохранился хорошо - первую зиму книги пролежали в подвале без порчи. "Из книг, видимо, ничего не пропало, несмотря на то, что сохранность было трудно обеспечивать - замка в дверях нет, забито доской", - писала Софья Михайловна.

Несмотря на блокаду, письменная связь между Ульяновском и Ленинградом поддерживалась регулярно: Софья Михайловна получала и отправляла по 2-3 письма в месяц, сотрудники музея иногда приезжали в Ленинград в командировки.

Блокадные письма Ленинграда

Сверх того, С.М. Казаис сама попросила определить ей тему для библиографирования: "Время позволит ею заняться, а материал найду - Публичная работает, да и другие библиотеки сейчас ожили. Наверно у Вас найдется нужная тема, только не отвлеченная от современности". А.Р. Маймистов предложил ей заняться составлением указателя "Русская военно-морская книга 1917-1942 гг." по материалам "Книжной летописи".

Всю блокаду Софья Михайловна Казаис работала в библиотеке одна - хранителем фондов, комплектатором, каталогизатором, библиографом и охраняла библиотеку. Единственное, чего она не делала - не обслуживала читателей: "Книг никому не выдаю, да их и не спрашивают".

У этой женщины еще сохранялись силы шутить: "У нас жизнь по-прежнему. Город еще фронт. Стреляют дальнобойными, налетают стервятники. Мой стол уже дважды засыпался стеклами, один раз чуть не пострадала, успела отскочить. Окно большое и стекол еще много. Могу еще погибнуть на посту".

Надо отметить заботу эвакуированного начальства о подчиненных - Маймистов сообщил о возвращении С.М. Казаис на работу начальнику музея, батальонному комиссару М.П. Крестовскому, находившемуся в это время в Москве, который послал Софье Михайловне с оказией таблетки витамина С.

Летом 1942 г. работа сотрудников музея несколько наладилась. "В музее мы живем дружно. Фадеев и Сегал ко мне очень хорошо относятся и во всем доверяют, - сообщала Софья Михайловна Маймистову. - Сегал усиленно занимается хозяйством музея и личным (покупкой вещей и заготовкой дров, которые он с Фадеевым вылавливает из Невы). Конечно, всегда попадает под обстрел. Кой-что перепадает и нам, например, достал испорченную колбасу и лук (я потом заболела желудком) <...>. Жизнь у нас очень сложная, нет воды, водопровод не работает". В июле 1942 г. Сегал и Фадеев добились, чтобы Военмормонтаж выслал водопроводчиков. Стали ремонтировать водопровод и канализацию для обеспечения пожарной безопасности и чистоты.

Однако идиллии в Фондовой бирже отнюдь не было. В октябре 1942 г. С.М. Казаис писала: "Фадеев придумал начинать раньше работу. Это не устраивает никого и в том числе меня. Я сказала, что буду искать работу поближе к дому. Он обвинил меня в том, что я ставлю ультиматумы и не выразил желания отпустить. Я в библиотеке работать хочу <...>, но умирать в библиотеке не хочу. Довольно смертей. Никому не нужны такие бессмысленные смерти. Уйти я найду способ". Видимо, конфликт был улажен, и в 1943 г. Фадеев, Сегал и Маймистов дали С.М. Казаис рекомендацию в партию.

 

Вскоре после устройства библиотеки в Ульяновске выяснилось, что при эвакуации из Ленинграда были забыты все три пишущие машинки, принадлежавшие библиотеке без которых нельзя было начать работу. Маймистов в письме С.М. Казаис дал задание отыскать машинки (две с русским и одну с иностранным шрифтом), копировальную бумагу и ленты для пишущих машинок. Он писал Софье Михайловне: "Примите героические меры, но найдите машинки". Машинки Казаис, Фадеев и Сегал долго искали в подвале среди ящиков с книгами и нашли только к сентябрю 1942 г. Лент для машинок в библиотеке не нашлось, а купить было слишком дорого: "частная цена ленты - 100 р.".

Машинки были жизненно необходимы в Ульяновске, потому что во время войны бюллетени, например, "ВМФ в Великой Отечественной войне", "Морские операции Второй мировой войны" объемом 4-5 тыс. названий выполнялись в машинописном варианте в 10-15 экземплярах и поступали в ГПБ и учреждения ВМФ. За машинками и другими материалами из Ульяновска приезжали в командировку в сентябре 1942 г. сотрудники музея старший политрук И.В. Рыжов и краснофлотец Б.С. Иткин. Они привезли ленинградским сотрудникам письма и посылки и забрали машинки, 100 резинок и по одному экземпляру основных ленинградских изданий, посвященных Великой Отечественной войне, поступивших в библиотеку после ноября 1941 г.

К тому же не хватало нескольких библиографических картотек и материалов - во время вынужденной безработицы осенью 1941 г. сотрудники разобрали их по домам для продолжения работы над ними. Летом 1942 г. зав. библиографическим отделом Н.М. Гурвич, эвакуированный в Ульяновск, требовал в письме к Казаис (не представляя себе положения дел в блокадном городе), чтобы она разыскала его сестру, хранившую ключи от его квартиры, и вместе с ней пошла бы к нему домой искать нужную ему картотеку. Маймистов просил Софью Михайловну найти материалы по таблицам классификации, оставшиеся после смерти А.А. Густомесова у его жены. Однако жена Густомесова эвакуировалась, а сестра Гурвича отказалась идти через весь город к нему на квартиру, чем Гурвич был так возмущен, что даже перестал отвечать на письма Софьи Михайловны.

Приезжавшие в Ленинград в 1942 г. Рыжов и Иткин осмотрели подвалы и по возвращении доложили Маймистову, что многие книги отсырели и покрылись плесенью. С конца октября 1942 г. Маймистов просил начальника музея командировать его в Ленинград для проверки состояния фондов и перемещения книг в более сухое помещение для просушки. Но только почти через год, в августе 1943 г., Маймистову разрешили приехать в Ленинград, где он вместе с Фадеевым и Казаис осмотрел законсервированные книжные фонды.

В течение августа 1943 г. ежедневно открывали все двери для проветривания, и подвалы заметно просохли. А.Р. Маймистов решил, что книги вполне могут пролежать еще год в том же состоянии, но следует раз в месяц тщательно осматривать пакеты, особенно расположенные близко к стенам, весной и в начале лета закрывать сухим брезентом штабель пакетов, чтобы защитить его от влажных потоков воздуха.

В 1943 г. С.М. Казаис закончила отбор материала для библиографии "Русская военно-морская книга" за период 1917-1942 гг. и приступила к сбору данных за 1883-1916 гг. Этот указатель был задуман как продолжение "Русской морской библиотеки" А.П. Соколова (1701-1851) и "Русской библиографии военно-морского дела" З. Пенкиной (1701-1882). Вместе с ними он должен был дать относительно полный перечень книг по военно-морскому делу и по смежным вопросам, вышедших в России и СССР почти за 250 лет

Она продолжала вести комплектование профильной литературы в 3-5 экземплярах и докомплектование. Работниками ульяновской части библиотеки в 1943 г. через представителей музея, выезжавших на флоты для сбора трофеев, была организована работа по сбору печатных материалов непосредственно на флотах. В течение года было получено более 1000 номеров флотских и многотиражных газет, более 100 названий книг, брошюр и листовок. Всего в 1943 г. библиотека получила 4380 названий (в 18 600 томах) книг и журналов, из них военных и военно-морских 3400 томов; объем подписки составлял 109 названий журналов и газет на русском языке (иностранную литературу библиотека, несмотря на все запросы, перестала получать с июля 1941 г.)

Уже с февраля 1944 г. Военно-морской музей собирался развернуть в Ленинграде выставку, к тому же предстоял ремонт здания Фондовой биржи. Для развертывания работы библиотеки в Ленинграде нужно было заново укомплектовать ее штат, и задачей Софьи Михайловны стал подбор кадров библиотекарей и библиографов.

В течение 1942-1944 гг. коллектив библиотеки в Ульяновске увеличился до 12 человек, однако взять в Ленинград местных работников не было никакой возможности. Ленинградцам, потерявшим жилплощадь, вызова тоже не давали. Софья Михайловна собирала справки по жактам о том, что у сотрудников библиотеки сохранилась жилплощадь. 8 июня 1944 г. она писала Маймистову: "Возможно, что у Шабуровой будут осложнения с жилплощадью, т.к. ее комната занята, а я обманным путем достала справку из квартиры ее матери. Пока ее временно прописали, а потом - видно будет".

18 мая 1944 г. из Ульяновска в Ленинград была направлена первая партия книг ЦВМБ. В ней прибыли военно-морская и военно-историческая литература основного фонда, газеты и журналы 1941-1944 гг., подшивки газет с 1917 г. по 1940 г., "Морской сборник" с 1848 г., литература о Великой Отечественной войне. Но ни один работник в помощь Софье Михайловне еще не выехал. Она должна была принять ящики, разместить их на абонементе. Все работы легли на Софью Михайловну и приехавших к 22 июня 1944 г. Надежду Федоровну Краснову и Александру Васильевну Шабурову. Они сделали уборку в помещениях библиотеки, распаковали ящики, сверили книги с описями к ящикам и расставили их на полки - все это при отсутствии света, при керосиновых лампах. "Света по-прежнему нет. Расставить-то мы расставили, но как будем вливать дальше - не знаю", - писала С.М. Казаис начальнику ЦВМБ.

Софья Михайловна собиралась разместить первые книги из Ульяновска к 20 июля 1944 г., а затем приниматься за книги из залов музея. Вытаскивать книги из подвала решили в конце июля - начале августа: "Сегодня я с Надеждой Федоровной была в подвале. Наружные книги слегка покрылись плесенью, как всегда в это жаркое время. Оставлять их еще на один год нельзя. Не позднее сентября их надо поднять", - сообщала она Маймистову 6 июля 1944 г. "Напишите пожалуйста, где наши чернильные приборы? - просила Софья Михайловна Маймистова. - Собираю имущество. Надежда Федоровна назвала меня Плюшкиным". К 9 июля 1944 г. из подвала были подняты и перенесены в помещения библиотеки первые тысячи законсервированных книг.

Помимо чисто библиотечной работы, все сотрудники музея и библиотеки летом 1944 г. работали на подсобном участке: "Хозяйство у нас в Стрельне. Занимался им В.Д.(Фадеев). Начал поздно. Трактор был очень плохой, и земля очень плохо вспахана. Посадили, примерно, 1,5 т. картофеля. В прошлое воскресенье была прополка. На хороший урожай рассчитывать трудно. Мы ничего не платили, но и получим, вероятно, не много. Хозяйство не то подсобное, не то коллективное. Кроме этого есть индивидуальные огороды здесь и в Стрельне. Выдавали по 10 кгр. картофеля на посадку. Я посадила кгр. 15. Александра Васильевна и Надежда Федоровна не успели, т.к. из-за прописки им задержали пропуска. Право на получение будут иметь все ленинградские работники, но размер, конечно, не известен. Выезжали на работу все". А.Р. Маймистов в Ульяновске тоже занимался сельхозработами: "Для ленинградцев мы здесь посеяли 2 га земли - 1,5 га картофеля и 0,5 га проса. Внушает некоторые опасения земля и погода для урожая: сухо и жесткая земля. Ждем дождя. Молите бога, чтобы он ниспослал влагу живительную, иначе сгорит наш картофель", - писал он Софье Михайловне 1 июня 1944 г.

27 января 1944 года состоялось полное снятие блокады с города Ленинграда. Уже на следующий день в библиотеке была газета "Ленинградская правда", в которой сообщалось об этом событии. Газета "Ленинградская правда" выходила регулярно в блокадном Ленинграде и поступала в фонд библиотеки. И сегодня читатели могут ознакомится с полной подшивкой газеты и подержать в руках страницы нашей истории.

Ленинградская правда [Текст] / орган Ленингр. обл. и гор. комитетов ВКП(б), обл. и гор. советов депутатов трудящихся. – 1918, апрель. – Ленинград, 1944. – № 24 (8748). – 28 янв. – 4 полосы. – Ежедн.

 

Библиотека осталась в Ульяновске еще на одну зиму - 1944-1945 гг., одновременно набирая штат в Ленинграде - к осени 1944 г. там уже работали 9 сотрудников. 

По решению народного комиссара ВМФ адмирала флота Н.Г. Кузнецова от 12 апреля 1945 г. в течение лета 1945 г. фонды библиотеки должны были быть реэвакуированы. А.Р. Маймистов собирался вернуться в Ленинград в апреле и сообщал Софье Михайловне, что он может купить для сотрудников библиотеки в Ульяновске продукты: "Здесь по-прежнему все продукты относительно недорого (масло по 205 р. кг, картофель 7 р.50 к. кг и т.д.). Как видите, был бы прямой смысл по 2-3 кг. на каждого работника купить масла и выслать их с вагонами".

Реэвакуация библиотеки сильно затянулась. Лишь в июле 1945 г. 3 первых вагона прибыли в Ленинград, оставшаяся часть библиотеки была перевезена в октябре и декабре. В Ленинграде были набраны новые сотрудники, и к 1946 г. библиотека имела уже 26 человек штата.

Все работы по разборке и расстановке фонда, а также значительную часть работ по погрузке и выгрузке из вагонов, подъему из подвалов и переноске в книгохранилище выполнили сотрудники библиотеки в составе 8 человек. Из подвалов и с 1 этажа они подняли на 4-й этаж, т.е. на высоту 38 м более 150 тонн груза.

В течение 1945 г. библиотека не имела условий для работы с читателями, поскольку велась расстановка фондов, и только в октябре прибыли каталоги и картотеки. Кроме того, еще не был закончен ремонт. Но библиотека уже выдавала книги и имела постоянных читателей.

За годы войны С.М. Казаис составила систематический неаннотированный ретроспективный указатель "Русская военно-морская книга 1883-1944", доведенный после окончания войны до 1946 г. Он включает 13 000 названий (75 а.л.) и хранится в библиотеки в машинописном виде. Коллективом в Ульяновске под общей редакцией А.Р. Маймистова был создан 18-томный указатель "Военно-морской флот СССР в Великой Отечественной войне (1941-1945)", включавший книги и статьи из периодических изданий - центральных и флотских. В полном варианте указателя учтено 50 000 названий, в созданном на его основе кратком - 4 тысячи. Этот указатель также существует в ЦВМБ только в машинописном варианте.

В целом Центральная военно-морская библиотека вышла из войны без особых потерь в части книжных фондов, чего нельзя сказать о коллективе. Из эвакуированных в Ульяновск сотрудников в библиотеку вернулись только двое - начальник библиотеки А.Р. Маймистов и зав. библиографическим отделом Н.М. Гурвич. Из сотрудников, работавших до войны и уволенных в 1941 г. в 1946 г. работали только С.М. Казаис и Н.Ф. Краснова.

А.Р. Маймистов был начальником библиотеки до ее переезда в 1957 г. из здания Фондовой биржи в Михайловский замок. В последние годы жизни, в 1962-1963 гг. он вернулся в ЦВМБ в качестве библиографа.

О жизни Софьи Михайловны Казаис почти ничего не известно, хотя она проработала в библиотеке до 1966 г. К концу войны она занимала должность помощника начальника библиотеки. В 1947 г. помощником начальника стал уже Н.М. Гурвич, а Казаис перевели в библиографы, в 1965-1966 гг. она возглавляла отдел комплектования.

Н.Ф. Краснова (1906-1985), потерявшая в годы войны мать и сестру, умерших в блокаду, и мужа, долго работала в ЦВМБ, возглавляя отдел комплектования. В 1960-е годы она вышла на пенсию и в конце 1970-х снова вернулась на работу. Два года она работала чисто на общественных началах, не получая зарплаты, в 1980 г. для нее нашли, наконец, 1/2 ставки библиотекаря, и она еще 5 лет занималась разбором иностранной литературы.

Эта статья написана в память о тех, кто ушел, о ком незаслуженно забыли, о тех, кто в страшные годы блокады не терял мужества и сохранял наше культурное наследие. Дай бог нам сегодня сберечь все то, что они сумели сохранить в голодном блокадном Ленинграде под обстрелами и бомбежками.

Поиск по сайту

Задать вопрос библиографу


Связь с администрацией сайта

- по общим вопросам: navallib_db@mil.ru
- по техническим вопросам webmaster@cnlib.ru